Михаил Горбачев, первый заместитель генерального директора компании «IEK»

Доверие инвесторов и партнеров строится на двух вещах – фундаментально устойчивой бизнес-модели и зрелой управленческой архитектуре. Именно такую основу мы последовательно выстраиваем в IEK

Михаил Горбачев, первый заместитель генерального директора компании «IEK»

- Ваша отрасль – одна из ключевых для импортозамещения и энергобезопасности России. Считаете ли вы, что публичность могла бы усилить вашу роль при участии в госпрограммах и партнерствах с инфраструктурными заказчиками?

- Публичный статус усиливает институциональную устойчивость компании и повышает доверие со стороны заказчиков и партнеров.

Для отрасли электротехнического оборудования критичны предсказуемость поставщика, финансовая прозрачность и способность инвестировать в локализацию, R&D и расширение производственных мощностей. IEK Group на сегодняшний день отвечает всем этим требованиям. Мы на рынке уже более 25 лет и за это время построили компанию с ассортиментом продукции свыше 60 тыс. SKU, собственной производственной базой, крупнейшей партнерской сетью дистрибуции. Мы решаем комплексные задачи наших заказчиков и создаем решения на этапе их совместной проектировки.

Публичность способствует повышению дисциплины внутри компании – в части корпоративного управления, стратегии, риск-менеджмента и раскрытия информации. Для крупных проектов, где горизонты планирования составляют 5–10 лет, это существенный фактор доверия – фундаментально устойчивая бизнес-модель плюс зрелая управленческая архитектура.

Таким образом, IPO —– это не только инструмент привлечения капитала, но и логичный шаг для усиления нашей роли как системного поставщика в энергетике и промышленности России. Что также важно для наших партнеров – крупных дистрибьюторов, которые выступают важной точкой контакта с государственными и инфраструктурными заказчиками.

- Видит ли руководство компании стратегическую ценность в публичности – например, для укрепления бренда, M&A или привлечения талантов?

- Да, мы видим в публичности дополнительный стратегический эффект.

Во-первых, это расширение клиентской и партнерской базы. Выход на биржу повышает узнаваемость бренда за пределами профессионального B2B-сообщества. Как и на данный момент, многие наши заказчики владеют нашими облигациями, так и розничные инвесторы становятся не только акционерами, но и, возможно, нашими клиентами. Помимо B2B-решений, у нас широкое продуктовое предложение для B2C-клиентов, например, дизайнерские электроустановочные изделия и любые электротехнические товары для ремонта.

Во-вторых, капитализация как инструмент развития. Ликвидные акции позволяют гибко структурировать M&A-сделки и масштабировать бизнес без существенного роста долговой нагрузки.

В-третьих, привлечение и удержание управленческой и инженерной команды. Программы долгосрочной мотивации, привязанные к стоимости компании, усиливают выравнивание интересов менеджмента и акционеров. Помимо этого, компания старается соответствовать лучшим практикам с точки зрения формирования лояльности персонала, что подтверждено многочисленными премиями профессионального HR-сообщества.

Еще я бы добавил, что публичность позволяет быстро создавать стратегические партнерства, формируя недостающие компетенции. Экономя время на процедурах комплексной проверки бизнеса, поскольку вся информация уже есть в открытом доступе.

Таким образом, публичность для нас – это одновременно инструмент роста и расширения экосистемы вокруг бренда.

- Рассматриваете ли вы возможность IPO в будущем? Какие условия (рыночные, регуляторные, внутренние) могли бы оказаться драйверами для принятия или ускорения такого решения?

- Мы воспринимаем IPO как логичный этап развития зрелого и устойчивого бизнеса. Все начинается именно с бизнес-модели, подтвержденной истории успешных результатов в разных рыночных условиях. И наша бизнес-модель таковой является. С 2009 года ежегодно наша выручка росла в среднем на 18%. С 2002 года мы производим существенную долю электротехнической продукции в Российской федерации на 11 производственных площадках. Мы успешно провели восемь M&A-сделок, включая покупку российских активов Legrand. Благодаря этому мы стали одним из крупнейших системных игроков.

В части IPO для нас принципиально быть технически готовыми к выходу – как с точки зрения регуляторных требований, так и стандартов корпоративного управления. Значительная часть этой подготовки уже проведена: в 2025 году созданы службы по взаимодействию с инвесторами и управлению рисками, сформирован и действует совет директоров в соответствии с требованиями Московской биржи. Такие базовые требования, как консолидированная аудированная отчетность, необходимая юридическая структура, были реализованы в 2022–2023 годах в рамках выхода компании на долговые рынки капитала.

Мы последовательно готовим инфраструктуру публичной компании и внимательно оцениваем ситуацию на российском фондовом рынке. Наша позиция проста: к моменту, когда сложится благоприятная ситуация, компания будет полностью готова к выходу.

- Какую скорость снижения ключевой ставки ЦБ РФ в текущем году вы закладываете в свои прогнозы?

- Мы исходим из того, что должны быть готовы к работе в разных макроэкономических сценариях. Точные темпы и сроки движения ставки остаются предметом оценки регулятора, поэтому мы строим несколько сценариев – от консервативного до более оптимистичного, чтобы сохранять устойчивость бизнеса независимо от траектории монетарной политики. При этом базовый сценарий учитывает динамику, заложенную в среднесрочном прогнозе ЦБ, в котором средняя ключевая ставка в 2026-м будет фиксироваться на уровне 13,5–14,5% годовых.

- Ограничивает ли высокая стоимость заемного капитала ваши планы по масштабированию производства? Если да, то какие проекты поставлены на паузу, а какие будут реализовываться в любом случае?

- Высокая стоимость заемного капитала, безусловно, влияет на экономику проектов и дисциплинирует инвестиционные решения. Но на текущем этапе она не является фактором, который кардинально ограничивает нашу стратегию.

Наш инвестиционный цикл органично совпал с фазой роста ключевой ставки: основные проекты по строительству и расширению мощностей мы завершили ранее. Реализован проект по запуску светотехнического кластера в Казани, на базе производственной площадки «Ферекс». Сформирован производственный кластер в Калужской области на базе двух производственных площадок в Балабанове и Малоярославце, для производства металлических кабеленесущих систем и опор освещения. Пик капитальных вложений уже пройден, и сейчас фокус смещен с масштабного строительства на повышение операционной эффективности.

Мы продолжаем инвестировать в роботизацию и автоматизацию – это проекты с понятной окупаемостью и прямым влиянием на производительность и себестоимость. Также реализуем стратегию специализации производств: концентрация отдельных продуктовых направлений на конкретных площадках позволяет повысить компетенции и операционную эффективность. Например, на площадке в Балабанове, которую мы открыли в прошлом году, формируется центр экспертизы по металлическим кабеленесущим системам.

Таким образом, новых масштабных строек мы сейчас не запускаем, но инвестиционная программа продолжается – с акцентом на эффективность, технологическое развитие и устойчивую экономику проектов.

- Является ли сейчас для вас рынок первичных размещений конкурентным инструментом по привлечению капитала по сравнению с эмиссией долговых бумаг, с вашей точки зрения?

- Мы не воспринимаем IPO и долговые размещения как альтернативу друг другу. Первичное размещение – это для нас стратегический этап развития компании, связанный с изменением масштаба и структуры капитала. Это решение иного уровня, чем работа на долговом рынке.

Размещения облигаций для нас – регулярный и понятный инструмент финансирования. На сегодняшний день мы разместили четыре выпуска облигаций на общую сумму 9 млрд рублей. Два выпуска уже погашены за счет собственных средств, что отражает комфортный уровень ликвидности и управляемую долговую нагрузку.

При этом долговой рынок для нас остается понятным и управляемым источником финансирования. Длительный период высокой ключевой ставки, конечно же, влияет на финансовые результаты, но при этом мы опираемся на фундаментальный спрос на нашу продукцию. Электротехническое оборудование – это базовый элемент инфраструктуры, жилищного строительства и промышленности. Потребность в модернизации, локализации и обновлении энергосистем носит долгосрочный структурный, а не конъюнктурный характер.

- Оцените, пожалуйста, зависимость вашего производства от импортных компонентов? Насколько этот риск критичен для бизнеса?

- Зависимость от импорта у нас есть, как и у большинства производителей электротехнической продукции, но она контролируемая и не носит критического характера. Этот фактор остается в периметре управляемых операционных рисков и регулярно пересматривается в рамках нашей системы риск-менеджмента.

За последние годы мы существенно увеличили глубину локализации: значительная часть ключевой продукции производится на собственных площадках в РФ, развита кооперация с российскими поставщиками, по ряду направлений проведена замена иностранных комплектующих на альтернативные решения.

Наша продукция входит в реестр Минпромторга, что позволяет участвовать в госзакупках. С покупкой российских активов «Леграна» этот перечень существенно расширился, и теперь производство силового оборудования локализовано. И мы его расширяем запуском производства модульного оборудования и ряда других новых продуктов. 

- Насколько близка ваша система корпоративного управления и раскрытия ESG-метрик к стандартам публичной компании? Уделяете ли внимание этим практикам при работе с инвесторами?

- Мы уже сегодня выстроили систему корпоративного управления в логике публичной компании. При этом мы руководствовались лучшими рыночными практиками, в т. ч. за счет привлечения на позиции независимых директоров экспертов рынка с подтвержденными компетенциями в стратегии, аудите и HR. По ESG мы движемся поступательно. В прошлом году мы запустили процесс оценки зрелости компании по устойчивому развитию, как внутренней, так и внешней. Планируем поделиться результатами с советом директоров компании и далее внедрять их в наше взаимодействие с инвесторами и в отчетность.

Отмечу, что одной из основ нашего устойчивого развития является наша продукция. Например, наш флагманский продукт – НКУ FORMAT PRО – обеспечивает надежное, модульное и оптимизированное распределение электроэнергии, снижая сетевые потери, уменьшая аварийность и повышая энергоэффективность объектов. Это делает ее компонентом устойчивой инфраструктуры и дает вклад в снижение энергозатрат. Данное изделие, полностью собранное на продуктах IEK, является уникальным для российского рынка. Мы также производим энергоэффективное светотехническое оборудование на базе LED-решений.

Нам есть, над чем работать в плане улучшения наших практик в области устойчивого развития, но и база сформирована существенная.

- Как вы думаете, было бы вам интересно после IPO получить некредитный инвестиционный звездный рейтинг? Нужен ли вам такой инструмент для общения с инвесторами в рамках IR-активности? Хотели бы вы получить оценку вашего бизнеса по звездной методологии до процедуры первичного размещения?

- С учетом того, что на российском рынке сегодня высокая доля розничных инвесторов, при этом далеко не у всех есть доступ к профессиональной банковской аналитике, подобный инструмент может быть полезен и востребован.

Некредитный инвестиционный рейтинг в таком случае становится дополнительным ориентиром – понятной и структурированной формой представления информации о компании. Он не подменяет глубокий финансовый анализ, но помогает широкой аудитории быстрее оценить профиль бизнеса и уровень рисков.

После IPO такой формат может быть полезным дополнением к IR-активности. Для непубличных, возможно, потребуется отдельная методология или ее адаптация, чтобы оценить перспективы роста без рыночных котировок акций.